Первая строфа. Сайт русской поэзии

Все авторыАнализы стихотворений

Анализ стихотворения: Родина (О, неподатливый язык...)

Марина Цветаева

Судьба Марины Цветаевой сложилась таким образом, что примерно треть своей жизни она провела за границей. Сначала училась во Франции, постигая премудрости словесности, а после революции эмигрировала сперва в Прагу, а позже в свой любимый Париж, где обосновалась вместе с детьми и мужем Сергеем Эфронтом, в прошлом – белогвардейским офицером. Поэтесса, чьи детство и юность прошли в интеллигентной семье, где детям буквально с первых лет жизни прививались высокие духовные ценности, с ужасом восприняла революцию с ее утопическими идеями, которые впоследствии обернулись кровавой трагедией для целой страны. Россия в старом и привычном понимании перестала существовать для Марины Цветаевой, поэтому в 1922 году, чудом добившись разрешения на эмиграцию, поэтесса была уверена, что навсегда сможет избавиться от кошмаров, голода, неустроенного быта и страха за собственную жизнь.

Однако вместе с относительным достатком и спокойствием пришла нестерпимая тоска по Родине, которая была настолько изматывающей, что поэтесса буквально грезила возвращением в Москву. Вопреки здравому смыслу и приходящим из России сообщениям о красном терроре, арестах и массовых расстрелах тех, кто когда-то являлся цветом русской интеллигенции. В 1932 году Цветаева написала удивительно пронзительное и очень личное стихотворение «Родина», которое впоследствии сыграло в ее судьбе немаловажную роль. Когда семья поэтессы все же приняла решение вернуться в Москву и подала соответствующие документы в советское посольство, именно стихотворение «Родина» рассматривалось в качестве одного из аргументов в пользу принятия чиновниками положительного решения. В нем они усмотрели не только лояльность к новой власти, но и искренний патриотизм, который в то время активно культивировался среди всех без исключения слоев населения. Именно благодаря патриотическим стихам советская власть закрывала глаза на пьяные выходки Есенина, недвусмысленные намеки Блока и критику Маяковского, считая, что на дано этапе становления государства для народа гораздо важнее поддерживать мнение, что Советский Союз является самой лучшей и справедливой страной в мире.

Впрочем, в стихотворении «Родина» Цветаевой не было ни одного намека на лояльность к новой власти, равно как и ни одного упрека в ее сторону. Это – произведение-воспоминание, пронизанное грустью и ностальгией по прошлому. Тем не менее, поэтесса готова была забыть все то, что ей довелось пережить в послереволюционные годы, так как ей нужна эта «даль, тридевятая земля», которая, являясь родиной, все же стала для нее чужбиной.

Это произведение имеет довольно сложную форму и не с первого прочтения поддается пониманию. Патриотизм стихотворения заключается не в восхвалении России как таковой, а в том, что Цветаева принимает ее в любом обличье, и готова разделить судьбу своей страны, утверждая: «Губами подпишусь на плахе». Вот только за что? Отнюдь не за советскую власть, а за гордыню, которую, несмотря не на что, все еще не утратила Россия, оставаясь, вопреки всем и вся, великой и могущественной державой. Именно это качество было созвучным характеру Цветаевой, но даже она смогла смирить свою гордыню ради того, чтобы иметь возможность вернуться домой. Туда, где ее ждали равнодушие, нищета, игнорирование, а также арест и смерть членов ее семьи, признанных врагами народа. Но даже подобное развитие событий не могло повлиять на выбор Цветаевой, которой хотелось вновь увидеть Россию отнюдь не из праздного любопытства, а из желания вновь почувствовать себя частью огромной страны, которую поэтесса не смогла променять на личное счастье и благополучие вопреки здравому смыслу.

Родина (О, неподатливый язык...)

 

О, неподатливый язык!

Чего бы попросту — мужик,

Пойми, певал и до меня:

«Россия, родина моя!»

 

Но и с калужского холма

Мне открывалася она —

Даль, тридевятая земля!

Чужбина, родина моя!

 

Даль, прирожденная, как боль,

Настолько родина и столь —

Рок, что повсюду, через всю

Даль — всю ее с собой несу!

 

Даль, отдалившая мне близь,

Даль, говорящая: «Вернись

Домой!» Со всех — до горних звезд —

Меня снимающая мест!

 

Недаром, голубей воды,

Я далью обдавала лбы.

 

Ты! Сей руки своей лишусь,—

Хоть двух! Губами подпишусь

На плахе: распрь моих земля —

Гордыня, родина моя!

 

12 мая 1932